Бизнесу облегчат жизнь за счет наших зарплат

Минздравсоцразвития планирует облегчить жизнь работодателям и обязать работников самостоятельно оплачивать взносы в один из трех внебюджетных фондов – пенсионного страхования, медицинского или социального. Какой из них предпочесть, пока не решено. Сейчас эти взносы платят работодатели.

«Это – вопрос непростой. Он обсуждается. Решение на этот счет пока не принято, но тема изучается и очень серьезно взвешивается, чтобы избежать (негативных) последствий», – рассказал замминистра здравоохранения и социального развития Юрий Воронин, выступая в ГУ-ВШЭ.

Ведомство пламнирует подготовить в первом полугодии 2011 года проект концепции развития пенсионной системы до 2050 года. Потом она будет согласована с заинтересованными ведомствами, и в 2012 году начнется разработка законодательных решений.

В том случае, если будет принято решение о выплатах работниками в один из трех фондов, нагрузка на бизнес сократится примерно на 3%, а зарплаты людей, соответственно, уменьшатся на столько же.

Воронин считает, что необходимо еще подумать, в какой из фондов пойдет обязательный взнос работника: «Нужно решить, что более понятно будет человеку: на пенсии, которые далеко, или на медицину, потребность в которой у него в любой момент времени может возникнуть».

Жесткую меру поддержал научный руководитель ГУ-ВШЭ Евгений Ясин, который обычно поддерживает все жесткие меры правительства, касающиеся населения. «Детей все меньше, пенсионеров все больше, количество работников будет сокращаться. Каждый должен платить за себя, начиная с того момента, как он выходит на работу», – сказал он.

По мнению Ясина, ставку страховых взносов необходимо поделить между работником и работодателем, причем последний должен покрывать из своих средств не только взносы на свою будущую пенсию, но и дефицит пенсионного фонда.

А между тем, кроме вполне прогнозируемого недовольства работников, мера имеет и другую негативную сторону. Сейчас все взносы платят работодатели, и система их взимания налажена. Но если часть платежей переложить на работников, то понадобится создавать новый аппарат для их учета, новые рабочие места, территориальные службы и т. п. Расходы на это могут оказаться такими, что овчинка не будет стоить выделки.

Возникновение этой инициативы, впрочем, может говорить о том, что бизнес, крайне недовольный увеличением выплат в социальные фонды, нашел способ пролоббировать свои интересы в правительстве, и ему было обещано частичное снижение платежей подобным образом.

Здесь следует заметить, что Юрий Воронин в информационном пространстве выступает постоянным оппонентом Алексея Кудрина во всем, что касается вопросов дефицита Пенсионного фонда и повышения пенсионного возраста. Стоит Кудрину где-нибудь заявить, что дыра в пенсионном фонде ужасна, как Воронин в другом месте опровергает его, говоря, что не такая уж она и страшная. Если же Кудрин говорит, что пенсионный возраст нужно срочно повышать, Воронин опосредованно отвечает, что с этим можно пока подождать, поскольку такое повышение ничего не даст.

«Почти в любой развитой стране пенсионная система дотируется государством, потому что она имеет дело с долгосрочными обязательствами, которые подвержены негативным демографическим трендам», – говорит Воронин. Государственную поддержку, которая оказывается сегодня в России пенсионной системе, в Минздраве совсем не считают критичной. «Даже сейчас дотации из федерального бюджета в ПФР не превышают 2% ВВП. Это – очень небольшой транш. И расти в ближайшие 10-20 лет он не будет», – сказал Воронин.

В его ведомстве всегда подчеркивали, что структура пенсионного дефицита у нас и в других странах разная. Следовательно, меры по стабилизации пенсионной системы, которые сегодня принимаются в Европе (повышение пенсионного возраста), для России не подходят.

Наш дефицит, считает Воронин, является следствием неправильной налоговой политики прошлых лет, введения обязательного накопительного компонента, сохранения системы досрочных пенсий, а также крайне низких зарплат и ухода значительной части заработков граждан в тень. Поэтому вместо резкого повышения пенсионного возраста необходимо сконцентрироваться на решении настоящих причин дефицита ПФР. И попробуйте с этим обоснованно поспорить. Здравый смысл говорит, что так оно и есть на самом деле.

Воронин предложил отодвинуть повышение пенсионного возраста на 20 лет, отметив, что раньше «даже поднимать эту проблему абсолютно неправильно». «Чтобы эту проблему решать, предварительно нужно систему подготовить». Замминистра напомнил о социальных волнениях во Франции, где было принято решение о резком повышении пенсионного возраста. И, наоборот, в Германии и США, где этот процесс растянулся на годы, народных акций протеста не было.

Воронин намекнул, что в министерстве понимают, насколько неэтично поднимать возрастной ценз сейчас, при нынешней продолжительности жизни: «Пенсионная система, как бы это экономически ни было обусловлено, не может быть циничной. Она не может ориентироваться на то, что люди не будут доживать до получения пенсии, это неправильно».

Впрочем, существует точка зрения, согласно которой Воронину и Кудрину в этой полемике ведомств высшими силами отведена роль доброго и злого следователей. Если Кудрин где-то перегнет палку, то Воронин ее тут же «выровняет». Народ при этом не поймет, кому же верить, но в сознании отложится: может быть и так, и эдак. А на предстоящих выборах «проголосует сердцем», поскольку его сердцу позиция Воронина ближе, а она автоматически отождествляется с позицией руководителей государства, которые продолжают хранить по этому поводу загадочное молчание.