Россияне не хотят дожидаться конца нефти

Россияне верят в то, что нефть как в России, так и в мире в целом рано или поздно закончится. И хотят успеть припасть к этому источнику, не дожидаясь, когда он окончательно пересохнет. Таковы результаты июльских опросов Фонда «Общественное мнение» (ФОМ) и Левада-центра. Утром деньги — днем стулья. Российские власти, похоже, хорошо усвоили принципы монтера Мечникова из «12 стульев», решив откладывать нефтедоллары про запас в Стабилизационный фонд, позднее разделенный на Резервный фонд и Фонд национального благосостояния. Как утверждается, в интересах будущих поколений. Нынешним же поколениям ближе другие слова того же Мечникова: «Я же, дуся, человек измученный. Такие условия душа не принимает». Не случайно 78% опрошенных Левада-центром граждан заявили, что нынешние нефтяные сверхприбыли нужно направить на борьбу с бедностью и решение социальных проблем. На копилку на случай кризиса согласны лишь 7% опрошенных. И все это при том, что перспективы кризиса ясно различают 38% опрошенных ФОМ, а большинство верит, что уже через 40-50 лет запасы нефти в мире будут исчерпаны, но не сомневается, что человечество обязательно найдет альтернативу нефти.

Когда закончится нефть? Этим вопросом эксперты и политики задаются не первый десяток лет. Большинство прогнозов носит апокалиптический характер. И хотя нефть пока так и не закончилась, высокие цены на нее подогревает интерес к этой теме обычных граждан. По данным опроса фонда «Общественное мнение» (ФОМ), проведенного в июле 2008 года (в нем приняли участие 1,5 тысячи респондентов), 64% опрошенных россиян считают вполне возможным в будущем исчерпание запасов нефти и полагают, что, если это произойдет, жизнь человечества изменится.

Хотя безоговорочно верят в то, что уже через 40-50 лет запасы в мире будут полностью исчерпаны, лишь 38%. 41% опрошенных считают такой сценарий развития событий маловероятным.

После нас хоть потоп

Если предположить, что нефть кончится, к чему готовиться человечеству? Как свидетельствуют данные опроса ФОМа, во многих ответах упоминались разного рода кризисы: энергетический (7%), общеэкономический (7%) и транспортный (4%). 13% респондентов вообще не мыслят свою жизнь без нефти, так как «нефть — это жизнь», «все держится на нефти», «жизнь людей немыслима без нефти» и без нее мы «вернемся к первобытности», а «цивилизация может закончиться». 9% опрошенных говорят, что в таком случае значительно вырастут цены: «бедность наступит», «бензин дорогой, всем плохо», «будет безумие, все подорожает», «будет большой рост цен на все». А 1% опрошенных всерьез верит в то, что без нефти «земля станет пустотелой и рухнет».

Но наступит «конец нефти» не сегодня и не завтра. А жить приходится сейчас, когда нефть буквально бьет ключом. Именно поэтому более половины российских граждан, опрошенных Левада-центром, не поддерживают замораживание денег, поступающих в экономику от сверхдоходов продажи нефти.

Большинство россиян считают более разумным использовать появившиеся финансовые возможности для решения текущих социальных проблем. В частности, за счет нефтедоходов повысить пенсии и зарплаты бюджетников, а также улучшить систему бесплатной медицинской помощи.

Кроме того, по мнению россиян, дополнительные финансовые вливания необходимы для решения проблем жилья и развития инфраструктуры. Выделение денег на эти цели считают необходимым 58 и 36% опрошенных соответственно. Важность строительства дорог и коммуникаций по уровню значимости находится для участников опроса на одном уровне с научными достижениями и инвестициями в систему образования. Финансирование этих отраслей за счет нефтедолларов поддерживают 36% респондентов. А вот к выделению средств на финансирование перспективных бизнес-проектов и укрепление армии россияне относятся более сдержанно. Эти статьи расходов поддержали только 29% (на перспективные бизнес-проекты) и 22% (на укрепление армии) опрошенных. Меньше всего россияне готовы жертвовать нефтедоллары на погашение внешних долгов. Эту статью расходов назвали 8% опрошенных.

Замдиректора Левада-центра Алексей Гражданкин заявил корреспонденту «Газеты»: «С небольшими колебаниями опросы всегда показывали приоритет социальной направленности». По его словам, результаты исследования в данном случае демонстрируют стабильный характер настроений в обществе и не дают оснований говорить о возможности проявлений в ближайшей перспективе протестной активности со стороны населения.

Что будет после конца

Россияне рекомендуют потомкам надеяться на чудо, утверждая, что в ближайшие 40-50 лет до «конца нефти» человечеству обязательно удастся что-нибудь придумать. 13% опрошенных ФОМ настолько убеждены в возможности освоения альтернативных источников энергии в достаточных объемах, что не ожидают каких-либо потрясений в случае опустошения месторождений нефти. В целом же оптимизм в отношении перспектив нахождения альтернативы нефти разделяют примерно половина опрошенных. Основные надежды участников опроса связаны с использованием солнечной энергии (22%). Еще 10% полагают, что основной упор надо сделать на гидроэнергетику. На атомную энергию рассчитывают лишь 7% респондентов. Столько же делают ставку на расщепление воды и использование в качестве топлива водорода.

ЧТО ЗАКОНЧИТСЯ РАНЬШЕ: НЕФТЬ ИЛИ НЕФТЕРУБЛИ?

ГАВРИИЛ ПОПОВ, президент Международного университета в Москве:

— Не закончится ни то и ни другое, потому что мир интенсивно работает над проблемой выхода из углеводородной зависимости. Сейчас в США, по-моему, 20% топлива дает переработка растительного сырья, и оба кандидата в президенты обещают в ближайшие годы существенно увеличить объемы производства из него бензина. В Техасе уже сотни тысяч гектаров заняты под это кукурузой. Кроме того, будут внедряться приливные электростанции, а также другие принципиально новые источники энергии, например, специальные поплавки, качающиеся на морских волнах. Так что гораздо быстрее, чем возникнет проблема окончания эры нефти или нефтедолларов, появится другая проблема: цивилизация просто перестанет в них нуждаться. И в этом процессе мы будем одними из главных пострадавших. Дело не в том, что мы будем осваивать арктический шельф. Просто миру уже будет не нужно топливо из нефти, а мы так и останемся сидеть на своем «богатстве».

СЕРГЕЙ ГЛАЗЬЕВ, научный руководитель Национального института развития, член-корреспондент РАН, доктор экономических наук:

— Сначала нужно заменить нефтедоллары на нефтерубли, и тогда мы наряду с получением доходов от нефти будем расширять возможности нашей финансовой системы. А сейчас мы торгуем нефтью за доллары и вкладываем их в поддержку разваливающейся американской платежной системы, то есть практически работаем на США в ущерб себе. Нефтерубли (если мы перейдем на расчеты в них) могут стать формой реализации нашего природного потенциала. Очевидно, что нефтедоллары уже перестают быть привлекательным средством обмена на нефть. Поэтому я уверен в том, что дальновидные руководители стран — экспортеров нефти уже до конца этого года при торговле ею начнут переходить на другие валюты. Наши руководители не относятся к категории дальновидных. Недавно из-за некомпетентности Кудрина, вложившего деньги в поддержку падающей американской ипотеки, наша страна потеряла 100 млрд нефтедолларов. Так что если Кудрин будет продолжать руководить финансовой политикой, то у нас нефть может закончиться раньше, чем нефтедоллары. Я удивлен: многократные высказывания президента и премьера на тему перехода от нефтедолларов к нефтерублям нашей вертикалью власти почему-то так и не были реализованы. Видимо, интересы американского казначейства для российских Минфина и Центрального банка важнее, чем указания президента страны.

СЕРГЕЙ БОРИСОВ, президент общероссийской общественной организации малого и среднего предпринимательства «ОПОРА России», президент Российского топливного союза:

— Сначала закончится нефть, а потом нефтерубли, являющиеся накопительной системой, которая постепенно будет таять. Но тем, что она так накапливается, эта система перекашивает все экономическое пространство. Из-за «голландской болезни», связанной с наводнением нефтедолларов, могут возникать большие экономические потрясения. И подпитка этого резервуара является элементом эйфории для многих нефтедобывающих стран, в том числе и нашей. Российская финансовая политика должна сдерживать наплыв нефтедолларов, и для этого существует стабилизационный фонд. У нас принято ругать Кудрина и заставлять его все больше и больше выпускать денежную массу. Но нефтедоллары просачиваются, а отсюда высочайшая инфляция и непомерно растущий курс рубля по отношению к другим валютам. Все это означает, что в совокупности мы теряем конкурентоспособность.

МАГОМЕД ТОЛБОЕВ, бывший депутат Госдумы, Герой России, доктор исторических наук:

— Нефтерубли имеют условное значение, а нефть — прямое, потому что она природный ресурс земли. Нефть на твердой поверхности закончится лет через 50, но к тому времени подключится шельф, и еще 100-150 лет она все равно будет являться основным видом топлива. А потом подоспеют и другие виды. Но пока достаточно нефти, будут существовать и нефтерубли, потому что они к ней привязаны. А вот как будут складываться цены на рынке и что будет с альтернативными видами топлива, никто спрогнозировать не может. Лучшие специалисты не могут дать однозначного ответа. Я с 1950-х годов читаю литературу и могу сказать, что ни разу не угадали.