Сергей Алексашенко: кто кому помогать будет

Как-то я описал стратегию «талантливых» руководителей госкомпаний — «гнать зайца вправо», — суть которой состоит в том, чтобы всеми силами откладывать решение острых проблем на потом. И вот очередные две новости, которые говорят о том, что такая линия поведения остается весьма привлекательной.

Сначала о национальном достоянии, «Газпроме». Пару дней назад появилась информация о том, что в США начинается строительство первых заводов по сжижению (сланцевого) газа для его экспорта. Ожидается, что его объемы могут достичь к 2020 г. 100 млрд.куб.м, что составляет примерно 50% от экспорта «Газпрома» в дальнее зарубежье. Следует ожидать, что экспорт американского газа в Европу подтолкнет кардинальные изменения на газовом рынке: прекращение катарского внутреннего эмбарго на освоение новых месторождений и строительство новых мощностей в этой стране по сжижению и экспорту газа, увеличение предложения газа в Европе, окончательный отрыв цены на газ от цен на нефть и снижение газовых цен. Обострение конкуренции неизбежно приведет к тому, что с европейского рынка будет вытесняться самый дорогой газ — возможно, он является самым хорошим, — а именно, российского. «Газпром» и так быстро теряет свои позиции в Европе — после кризиса его объемы продаже в Европе не растут при росте рынка, в целом; покупатели всеми силами «вырывают» у российского монополиста скидки к формуле цены; объемы экспорта российского газа за семь месяцев текущего года снизились почти на 15%.

Что в такой ситуации — резко обостряющейся конкуренции на рынках продаж должна делать «нормальная» компания? Правильно, всеми силами пытаться закрепиться на остальных сегментах ранка. Ну, например, на внутреннем российском рынке. Но…не дождётесь! «Газпром» добровольноотказывается от продажи газа российским потребителям. Честно говоря, меня не очень волнует: делается это по причине отсутствия внятной стратегии развития у компании или по причине того, что сверху газпромовскими руководителями получена команда на то, чтобы уступить часть доходов «Новатэку», т.е. дать заработать господину Тимченко, который является крупнейшим акционером этой компании. И в том, и в другом случае, можно сказать, что такое поведение монополиста ведет лишь накоплению, а не к решению его проблем. Впрочем, менеджеры компании чувствуют себя спокойно — государство не даст «Газпрому» рухнуть, даже если для этого нужно будет сделать цены на газ в России самыми высокими в Европе — ведь у нас не продаётся всякий там алжирский, катарский или, не дай Бог, сланцевый газ, только свой , национальный, сибирский!

Второй пример — близкий мне ОАК, где до недавних пор я был членом Совета директоров. Очевидно, что у компании существует огромное количество проблем связанных и с необходимостью радикального внутренней корпоративной перестройки, и давно перезревшей проблемой накопленного долга (если его не расчистить, то никакие, даже самые успешные, бизнес-проект не выведут ОАК в устойчивое состояние), и с налаживанием послепродажного обслуживания. Список можно еще долго продолжать. Так вот, вместо того, чтобы решать эти проблемы, компания заявляет о том, что она намерена в кратчайшие сроки (за 3-4 года)наладить производство новой модели самолета (а, может даже, и двух сразу), хотя еще три месяца назад при обсуждении стратегии компании до 2025 г. таких проектов не было. Понятно, что за всем этим стоит желание получить очередную порцию бюджетной помощи (и чиновники уже заявили, что денег дадут). А то, что на рынке нет спроса на такой самолет, да и имеющийся «Суперджет» никак не хочет продаваться — так это никого не волнует.

Национальный лидер, конечно, может искренне верить в то, что путь южнокорейских чеболей это единственный правильный путь развития российской экономики. Более того, корейцы были неправы, сделав упор на частную собственность. Реальным локомотивом, по мнению Путина, являются только государственные компании. Однако суровая правда жизни говорит о том, что от государственных чеболей, поставленных в неконкурентные условия, не то что исполнения функций локомотива дождаться невозможно, но и даже не стоит надеяться на то, что они будут решать проблемы Путина. Через год (для ОАКа) — другой-третий (для Газпрома) уже Путину придется решать их проблемы.